Научная школа К.Э.Штайн "Лингвистика текста"

Меню сайта
Категории раздела
Статьи о работе научной школы К.Э. Штайн "Лингвистика текста" [60]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Статьи о работе научной школы К.Э. Штайн "Лингвистика текста"

Семь загадок города Ставрополя. Светлана Емельянова

После знакомства с историей города по самым разным источникам свой нестандартный взгляд на столицу края изложил корреспондентам «КП ставропольский историк-любитель Сергей Бобылев

Прежде всего, по его мнению, образ города зафиксирован в сознании жите­лей в следующих основных символах:

  1. Крест
  2. Крепость
  3. Казаки
  4. Суворов
  5. Ключ города
  6. Ворота Кавказа
  7. Кафедральный собор

Некоторые из этих символов есть на гербе Ставрополя (например, собор, крепостная стена, крест).

– Однако ни один из перечисленных символов не имеет фактических оснований, – говорит Сергей Бобылев. – Пройдемся по списку.

Крест в названии города случаен

Когда проектировалась Азово-Моздокская пограничная линия, по плану в нее входило 10 крепостей. Причем названия утверждались Екатериной II еще до того, как крепости появились на свет. В этом списке од­на из крепостей была названа Ставро­полем, но это был не наш город. По мере организации линии из списка «выпали» две крепости, и название «Ставрополь» автоматически пере­шло к следующей. Ею и оказалась нынешняя столица края. Так что в этом нет никакой загадки. Таким образом, название города – дело случая.

Но в народе ходит легенда: когда Ставрополь заклады­вался, на месте буду­щего города был най­ден каменный крест. Отсюда, дескать, и название – город Креста. У знамени­того краеведа Прозрителева этот факт упоминается как ре­альное событие.

– Кресты действительно находили и находят. Но уже после того, как крае­вой центр стал Ставрополем. Когда-то в этих местах жили аланы-христи­ане, поэтому каменные кресты нахо­дили в окрестностях Ставрополя. На некоторые из них можно полюбо­ваться в краеведческом музее.

Крепостная стена остатки казармы

Есть у ставропольского писателя Кузнецова роман о Ставрополе, который называется «Крепость в степи». Между тем, крепость в общепринятом по­нимании – это надежное и долговремен­ное сооружение, вы­полняющее функцию зашиты от внешних врагов. Всякий ста­ринный город закладывался следующим образом. Выбиралось высокое место на берегу судо­ходной реки, на котором строилась крепость, а вокруг разрастался город. В Ставрополе роль крепостной стены выполняла земляная насыпь с большим рвом, почти сразу утратившая свою функцию.

Известно, что к 1812 году из города были выведены последние регулярные части армии за ненадобностью. Линия фронта очень быстро отодвинулась на юг, и крепость перестала выполнять свою функцию. Так называемая крепостная стена, остатки которой сохранились на Крепостной горе, – это уцелевшая стена казармы, где некоторое время жили солдаты.

Ставрополь не был казачьим городом

Первые казачьи части расселились тремя хуторами в районе, который расположен сейчас за Нижним рынком (память о них – улица Казачья и другие). Едва успев как-то обосноваться, по приказу командования три Хоперских казачьих полка ушли к линии фронта, сместившейся к Георгиевской крепости. С казаками от­правились и владимирские драгуны. Их место заняли переселенцы, при­бывающие по призыву властей со всей Российской губернии, а также украинцы, армяне и греки.

Суворов приезжал с проверкой

– В сознании некоторых горожан содержится некий миф, согласно которому Ставрополь основал знамени­тый полководец, граф Суворов-Рымникский. Звучит! Но этого не было. Суворов приезжал сюда в 1779 году, уже после того, как город был основан, с инспекторской проверкой. Он ездил по всей Азово-Моздокской линии с одной целью – проверить состояние крепостей. Приехал, посмотрел, кому надо сделал втык и поехал дальше. Да мало ли кто здесь еще был с подобны­ми проверками! – иронизирует Бобы­лев.

Ключ от города мог быть шашкой

Говорят, во время визита Суворова в Ставрополь жители преподнесли ему ключ от города. Символическая копия этого ключа хранится на Крепостной горе.

– Это мог быть и ключ, и любой дру­гой подарок от городской обществен­ности чиновнику, прибывшему в Ставрополь из столицы. Наверняка среди подношений были лошади, хо­ругви, шашки, бурки и так далее. Но почему-то символом сделали ключ. Так лучше для легенды.

Ворота Кавказа стоят в тупике

Триумфальная арка, которую сей­час восстановили в нижней части города, называлась воротами Кавказа и Тифлисскими воротами. Она была построена на дороге, ведущей на Кав­каз. По аналогии Ставрополь стали именовать воротами Кавказа. Но го­род практически сразу оказался в стороне от транспортных путей.

– Зачем, чтобы проехать на Кавказ, с ровного поля заби­раться на гору, а по­том спускаться с другой ее стороны, когда есть прямой путь? Объезжали всегда! – уве­рен Бобылев. – Тифлис был крупным центром, конечной целью кавказских путешественников. Они туда устрем­лялись, но отнюдь не через Ставро­поль, который был транспортным ту­пиком. Тифлисскими воротами со­оружение названо символически, это не значит, что дорога через них шла прямо в Тифлис. Туда ездили по Во­енно-Грузинской дороге, до которой были более прямые и короткие пути, нежели через Ставрополь.

Кафедральный собор остался на картинках

– Он был, но его нет! А значит, пока тоже в разряде мифов, – считает Бобылев. – Собор есть только на старых открытках, рисунках, в описаниях со­временников. Сегодня у города нет реального центра, функцию которого выполнял в свое время Кафедраль­ный собор. Его золотые купола были видны жителям окрестных сел, а ма­линовый звон колоколов доносился до станции Кавказской.

Сегодня у города нет законченно­сти, он, как всадник без головы, как елка без макушки. Собор все концен­трировал, организовывал вокруг се­бя. Это была концентрация духа, а не просто самое высокое место в городе. Буденновец тщетно пытается ком­пенсировать отсутствие главной точки.

– Таким образом, вышеприведен­ный список пустой, – резюмирует наш собеседник. – Все эти обстоя­тельства создают Ставрополю имидж призрачного, ненадежно прикреп­ленного к жизни, замкнутого на са­мом себе, мало контактируюшего с миром городка. Легко представить себе, как это отражается на сознании жителей. Мы можем не отдавать себе в этом отчета, но жить в месте, «под­вешенном в пустоте», значит, испы­тывать постоянное беспокойство, неудовлетворенность, неуверенность.      

Бочка меда

–   Полгода назад профессор СГУ Клара Эрновна Штайн сделала открытие, которое в кор­не меняет представление о городе, окрашивает его в симпатичные краски, придает закон­ченность и уникальность. Она обнаружила, что городская среда несет в себе архаический знаковый комплекс, относящийся к славянской мифологии. Это связанная система сим­волов, где главным является культ Солнца («КП» об этом подробно писала в выпусках за 12 и 17 августа), активными – культы Земли и Неба (Воды). Носителем этой символики яв­ляется рыхлый желтый ракушечник. Эта система символов проявлена в Ставрополе не­обыкновенно ярко и активно. И это удивительно для города, который возник случайно и населен случайными людьми. Обнаруженный мифологический пласт как будто кто-то на­меренно сохранил, донес, протащил через время архитектурные стили, смены властей, социальных строев и прочее. Мы обнаружили, что Ставрополь – это совершенно сложив­шийся город-музей с уже отобранными экспонатами! Такого нет ни в одном другом горо­де. Оказывается, здесь есть все, что нужно населенному пункту для «улучшения самочув­ствия», чтобы стать значимым для самого себя. У жителей появился повод гордиться тем, что они здесь живут. Почему Ставрополь так перенасыщен мифологическими символами, требует исследования и объяснения.

Ложка дегтя

–   Мы понимаем, что обнаружили нечто чрезвычайно ценное. Также понимаем, что сохра­нение редчайшего культурного слоя в современных условиях – дело безнадежное, – гово­рит Бобылев. – Город стремительно модернизируется, в том числе за счет старых районов. Ставропольская уникальность уничтожается на наших глазах. А ведь он мог бы стать объектом для сумасшедшего туризма, сравнимым по значимости со Стоунхэнджем и Островом Пасхи! Мне хорошо известно, что правительство края заинтересовано в развитии туристи­ческих программ, но все они ориентированы на район Кавминвод. Ставрополь и здесь ока­зался на периферии.

Печатается по изданию:

«Комсомольская правда». 2 сентября 2004 г. – С. 2 – 3.

Категория: Статьи о работе научной школы К.Э. Штайн "Лингвистика текста" | Добавил: Peter (23.09.2014)
Просмотров: 638 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Copyright MyCorp © 2017
Создать бесплатный сайт с uCoz